Аделина Шайдуллина: Как работает ваша компания? Примерно как музыкальный лейбл?

Сэм Бёрлоу: Мы покупаем у дизайнеров их интеллектуальную собственность, то есть права на их шрифты. После этого дизайнер или прекращает работать совсем, или продолжает рисовать шрифты, которые становятся частью нашей коллекции. То есть мы похожи на музыкальный лейбл. Ну или похожи на музыкальный лейбл из 1950-х. Но лейблы часто эксплуатируют своих авторов, а мы платим им достойные деньги.

АШ: Как вы оцениваете портфолио студии, которую планируете купить? Что может заставить вас отказаться от сделки?

СБ: Давайте начнём с того, почему мы можем на неё согласиться. Если дизайнер приходит и говорит: «Купите мою интеллектуальную собственность. Я хочу, чтобы вы занимались продажами и маркетингом, а я просто рисовал новые шрифты», — мы просим его показать финансовую отчётность. Мы смотрим, как продаются его шрифты и где они продаются — на Etsy, Adobe Fonts или где-то ещё. Смотрим, насколько стабилен его доход. Исходя из этого мы оцениваем коллекцию и начинаем обсуждать с дизайнером условия сделки.

Мы смотрим на то, шрифты каких категорий и жанров есть в библиотеке автора, и пытаемся понять, впишутся ли они в нашу коллекцию. Мы смотрим на незаконченные шрифты — ведь покупаем права и на них тоже.

Ещё перед покупкой мы должны убедиться в том, что работы дизайнера не копируют чьи-то чужие. Это очень сложно проверить, так что каждый раз нам приходится перерывать весь интернет, анализируя сходства и различия шрифтов. В нашей коллекции много известных студий — например, студии Марка Симонсона и Мэтью Картера, — но мы работаем и с более молодыми и безумными авторами.

Etna Марка Симонсона

Horst PintassilgoPrints, студии из каталога TTF Foundry

АШ: Важно ли вам соблюдать баланс между известными и неизвестными студиями в портфеле?

СБ: Нет. Мы просто оцениваем то, насколько библиотека дизайнера способна заполнить те пробелы, которые есть в нашей коллекции. Нам не важно, сколько лет дизайнеру и откуда он — мы покупаем студии из разных стран.

АШ: Можете описать, как выглядит типичная студия, которая хочет, чтобы вы её купили?

СБ: Не могу. В мире больше 8 500 шрифтовых студий и в четыре раза больше шрифтовых дизайнеров. Невозможно нарисовать их усреднённый портрет.

АШ: Может ли студия выкупить свою интеллектуальную собственность обратно?

СБ: Нет. Сделка необратима.

Илья Рудерман: Если интеллектуальная собственность принадлежит вам, то кто отвечает за расширение шрифта? Кто добавляет новые письменности и дорисовывает новые глифы?

СБ: Одним из наших первых проектов было расширение Proxima Nova. Мы добавили арабский, тайский, деванагари, хангыль, иврит и тамильское письмо. Марк Симонсон давно мечтал это сделать, но у него не было возможности. Он был рад, что в итоге это случилось.

Proxima Nova Марка Симонсона

Мы много работали со шрифтами Мэтью Картера. Добавили новые варианты насыщенности и ширины в уже существующие шрифты, а ещё выпустили много шрифтов, до которых у Carter & Cone не доходили руки: например, Richmond, Fenway и Caledonia.

Richmond студии Carter & Cone

Fenway студии Carter & Cone

АШ: А автор шрифта может как-то вмешаться в процесс? Например, сказать: «Нет, у моего шрифта не может быть начертания Extended»?

СБ: Да, конечно. Прежде чем начать рисовать, мы обсуждаем наши планы с автором шрифта. Дизайнер может участвовать в процессе как арт-директор или может рисовать сам, если хочет. Но ему не придётся делать всю работу в одиночку.

АШ: Как распределяются роялти между вами и автором?

СБ: Зависит от контракта. Каждый из наших 40 контрактов уникален. Все дизайнеры получают деньги за продажу интеллектуальной собственности, и большинство из них продолжают получать роялти после продажи.

АШ: Вы продвигаете ваших авторов как отдельные студии или как единую коллекцию?

СБ: Мы продумываем стратегию продвижения индивидуально для каждой студии. Мы продвигаем наши студии как отдельные проекты, но шрифты на их сайты подгружаем с одной платформы — typographer.api. Ещё у нас есть typographer.com, инструмент для тестирования шрифтов и прототипирования.

АШ: Кстати, о Typographer. Почему вы решили, что индустрии нужна ещё одна платформа со шрифтами по подписке, когда уже есть, например, Adobe…

СБ: Подписка на Typographer не даёт права использовать шрифты в коммерческих проектах. Это платформа, на которой можно быстро найти шрифт и протестировать его — в макете, на сайте или в продукте. Конечно, сейчас есть Fontstand, есть Adobe Fonts и есть шрифты Monotype…

Но, например, шрифты из коллекции Adobe Fonts доступны только тем, кто пользуется подпиской Adobe, а это далеко не все дизайнеры на свете. Мы хотели, чтобы наши шрифты были доступны всем, включая тех, кто пользуется Canva, Affinity, Figma, Procreate или Microsoft Office. Этим людям ведь тоже нужны шрифты.

Jack Black[Foundry], студии из каталога TTF Foundry

АШ: А если мне понравится шрифт, который я тестировала на Typographer, как мне его купить?

СБ: Совсем недавно мы добавили в Typographer возможность покупки лицензии. Теперь там можно купить любой из наших шрифтов.

АШ: Вы планируете добавить в Typographer ещё что-то?

СБ: У нас много планов. Сейчас мы работаем над новыми страницами для шрифтовых семейств, новыми инструментами для тестирования шрифтов, а ещё над системой, с помощью которой пользователи смогут организовывать свои шрифты в папки и проставлять к ним теги.

IvyMazarin Ivy Foundry, студии из каталога TTF Foundry

АШ: Давайте поговорим о дизайнерской пенсии. Вы проводили какое-то исследование — как обычно шрифтовые дизайнеры обеспечивают себя, когда перестают работать?

СБ: Сначала я спрошу. Илья, ты планируешь когда-нибудь перестать рисовать шрифты?

ИР: Нет, конечно.

СБ: Я не встречал шрифтовых дизайнеров, которые хотели бы перестать рисовать шрифты. Мэтью Картер продолжает рисовать, Марк Симонсон недавно отметил 50 лет в профессии. Дизайнеры не хотят переставать рисовать шрифты. И выход на пенсию для них — это не конец карьеры, а момент, когда они хотят перестать вести бизнес, общаться с дистрибьюторами и заниматься продажами. Не знаю ни одного дизайнера, который бы получал от этого удовольствие.

Но вы спрашивали, проводили ли мы исследование, прежде чем запуститься. И нет, не проводили. Просто я 30 лет в этом бизнесе и успел заметить, что в какой-то момент у дизайнера кончаются силы отвечать на письма, обновлять сайт и писать рассылки, и у его бизнеса начинаются проблемы.

Но, конечно, то, какая пенсия будет у дизайнера, зависит в первую очередь от того, как он сам к ней подготовился, и от того, в какой стране он живёт. Если он живёт в Норвегии, Швейцарии, Ирландии, Исландии, Дании или Нидерландах, то его пенсия, вероятнее всего, будет выше, чем у дизайнера из США.

![23]

Solvent PintassilgoPrints, студии из каталога TTF Foundry

АШ: Не думаете, что в том, что дизайнеры так привязаны к своей работе, есть что-то нездоровое?

СБ: Нет, не думаю. Странно сравнивать шрифтовых дизайнеров со столярами, но, мне кажется, столяры тоже продолжают работать с деревом до самой смерти. Это ведь не просто работа — это страсть. Думаю, художники и писатели живут точно так же. И живописцы, наверное, тоже продолжают писать картины до тех пор, пока не теряют способность контролировать свои руки.

Но, возвращаясь к вопросу о пенсии. Пока нас не было, многие дизайнеры задавались вопросом: как мне перестать заниматься развитием бизнеса и по-прежнему получать роялти? И их единственным вариантом было продаться Monotype. Мы хотели предложить дизайнерам альтернативу. Дать им возможность продать студию, но при этом быть уверенными, что она продолжит развиваться, что её наследие не пропадёт.

ИР: Какие у вас планы на сам бизнес? Вы планируете продать его в будущем или у вас на него долгосрочные планы?

СБ: Наши инвесторы, наша команда и я тоже — все мы хотим развивать этот бизнес как можно дольше. Мы строим бизнес медленно, тщательно продумываем условия каждой сделки, не нанимаем и не увольняем сотрудников ради краткосрочной выгоды.

Emerson Nonpareil Type, студии из каталога TTF Foundry

ИР: Чисто теоретически, вы могли бы продаться Monotype?

СБ: Я был бы сильно против такого решения.

ИР: Вы позиционируете себя как альтернативу Monotype. В ваших контрактах с дизайнерами, чьи студии вы покупаете, не прописано, что вы не продадите свою коллекцию корпорации?

СБ: Нет. Юридически наши дизайнеры от этого не защищены. Но продавать коллекцию Monotype мы не планируем. Если вы посмотрите на нашу компанию, на тех дизайнеров, с которыми мы работаем, и на то, как мы с ними работаем, вы быстро поймёте, в какую сторону мы хотим двигаться. Мы хотим собрать достойную коллекцию, хотим быть компанией, которой дизайнеры будут рады доверить свою интеллектуальную собственность, потому что могут быть уверены, что мы сохраним их бренд.

Sepian Laura Worthington Design, студии из каталога TTF Foundry

ИР: Звучит многообещающе. У меня даже появляется надежда, что однажды и я смогу перестать заниматься бизнесом.

СБ: Чтобы оправдать твои надежды, мы и хотим вырасти в успешный, прибыльный бизнес, который нашим инвесторам хотелось бы сохранить.

АШ: Кстати, о выходе Ильи на пенсию. Покупая студию, вы нанимаете её сотрудников?

СБ: В большинстве случаев мы покупаем только интеллектуальную собственность и продумываем долгосрочный план сотрудничества с дизайнером.

Иногда мы нанимаем людей, но достаточно редко. У нас уже есть хорошие маркетологи, менеджеры по продажам, талантливые дизайнеры и инженеры. К тому же у большинства шрифтовых студий только один сотрудник — основатель.

АШ: Что происходит, когда дизайнер умирает? Его потомки продолжают получать роялти за его работы?

СБ: В целом да. Конечно, всё зависит от того, как это спланирует сам дизайнер.

АШ: Есть какой-то потолок, какое-то максимальное число студий, с которыми вы сможете работать?

СБ: Нет. Я очень высокий и не люблю потолки.

Семейство Egyptian Antique из коллекции The American Type Founders^®. Цифровые версии шрифтов разработаны в The Type Founders

ИР: У вас больше 40 разных контрактов, и это сильно отличается от нашего опыта. У нас стандартный контракт — одинаковый для всех партнёров. Можешь рассказать, каково это — вести переговоры по 40 разным контрактам?

СБ: Давайте я расскажу о том, как устроены наши контракты. Итак, допустим, мы хотим купить вашу студию, и у вас есть несколько вариантов того, как выстроить отношения с нами после продажи. Вы можете продолжать рисовать кастомные шрифты и обрабатывать заказы сами, или вы можете попросить нас заняться этим. Когда я говорю «кастомные», я имею в виду шрифты с нуля. Если речь о кастомизации интеллектуальной собственности, которую вы продали нам, то кастомизировать шрифт будем мы. Но, конечно, в процессе работы мы будем советоваться с вами.

Перед тем как заключать сделку, мы проанализируем ваши продажи и исходя из этого оценим, сколько стоит ваша интеллектуальная собственность. Вы можете просто продать её (и получить больше денег) или получить меньше, но сохранить возможность получать роялти с наших продаж.

В общем, у каждого пункта контракта есть по несколько вариантов.

АШ: А что вы делаете с соцсетями? Вы ведёте соцсети студий, которые покупаете?

СБ: Обычно — да, но некоторые дизайнеры очень привязаны к своей аудитории и хотят продолжать заниматься соцсетями сами. Мы всегда забираем работу над сайтом, переводим его на наш бэкенд, подключаем нашу систему продаж. При этом дизайн меняется, только если и мы, и дизайнер считаем, что сайту нужно обновление.

Ещё мы загружаем шрифты в typographer.com и пытаемся сделать так, чтобы шрифты дизайнера попали в коллекцию Adobe.

После того как мы рассказываем дизайнеру о том, как мы работаем, мы начинаем говорить о деньгах. И, конечно, наши финансы не бесконечны. Если у нас не получается предложить сумму, устраивающую дизайнера, сразу, мы остаёмся на связи и время от времени возвращаемся к вопросу.

Rocinante Titling X+O, студии из каталога TTF Foundry

АШ: Если у нашей студии много подписчиков в соцсетях, вы заплатите за нашу интеллектуальную собственность больше?

СБ: Это точно сыграет свою роль. Мы будем смотреть на ваши соцсети, на то, как люди читают вашу рассылку, и на всё, что может помочь нам привлечь новых клиентов.

АШ: Какой совет вы бы дали тому, кто только начинает продавать свои шрифты?

СБ: Стройте свой бизнес так, как будто однажды вам придётся его продать. Держите документы в порядке, сохраняйте права на свои шрифты. Если подписываете контракт с дистрибьютором, убедитесь, что условия контракта пересматриваются ежегодно. Сфокусируйтесь на прямых продажах. Регистрируйте трейдмарки, если у вас есть такая возможность. Попытайтесь сделать так, чтобы ваши шрифты попали в коллекцию Adobe. Не продавайте бессрочные лицензии разработчикам программного обеспечения.

Рисуйте то, что вам нравится — чтобы стать шрифтовым дизайнером, не обязательно рисовать очередную версию гельветики. Рисуйте то, что вас вдохновляет. Общайтесь с графическими дизайнерами, друзьями и бывшими коллегами — спрашивайте, какие шрифты им нужны.

И ещё одна важная вещь: когда делаете сайт своей студии, пожалуйста, укажите в разделе About своё имя и место, где вы живёте, а ещё загрузите туда свою фотографию. Это очень важно.

АШ: Можете посоветовать книжки, которые могут помочь шрифтовому дизайнеру в работе?

СБ: Новая книжка OH no, статья Джонатана Хёфлера «Getting Started with Typeface Design», «Letters of Credit» Уолтера Трейси, «Making Fonts» Криса Кампе и Ульрики Рауш, «Theory of Type Design» Герарда Унгера. И ещё любые спесимены — металлических шрифтов, деревянных шрифтов… Покупайте их, коллекционируйте, рассматривайте, копируйте, изучайте.

«The Ohno Book» Джеймса Эдмондсона «Theory of Type Design» Герарда Унгера «Letters of Credit» Уолтера Трейси «Making Fonts» Криса Кампе и Ульрики Рауш

Но если говорить о шрифтовом бизнесе, то я бы посоветовал просто общаться с людьми и подписываться на них. Вброшу пять имён: Джен Вагнер, Ники Лаатц, Сэм Пэррет, Брэндон Никерсон и Том Чолки. Это дизайнеры, о которых вы, наверное, никогда не слышали. Но у каждого из них — очень успешный бизнес. Никто из пятерых не строил традиционную шрифтовую карьеру, не учился в KABK или похожей школе. Они сделали всё по-своему. Если бы я открывал свой первый бизнес, я бы учился у них.

Aperitif Sans Джен Вагнер Pizza Club Ники Лаатц True Fate Font Duo Сэма Пэррета BN Modern Ombra Брэндона Никерсона Aurelia Тома Чолки

The Type Founders

thetypefounders.com
@thetypefounders