добавлен в корзину
БЧ
0
Вход

«Мы и понравились, и надоели». Интервью с Superdesigners

В марте наш инстаграм вели сразу пять человек из студии Superdesigners. Каждый из них сделал собственную серию: деконструкция пространства, лирика супермаркета, 360-градусная камера, дикая природа, самоирония и сарказм. Мы поговорили с Superdesigners об их опыте работы с нашей коллекцией и реакции подписчиков.



Илья Рудерман (ИР): Привет! Пожалуйста, расскажите вкратце, что такое superdesigners.co. Ваш проход с камерой по студии показал нам сейчас огромный офис с большим количеством сотрудников.

Илья: Не большим. Всего пять человек пока.

Валерий: Это вместе с нами.

Илья: Superdesigners — это студия компьютерной графики. Мы существуем полтора года, поэтому особо никто о нас не слышал.

Валерий: Мы не стартовали прямо с нуля. У Ильи уже был опыт работы в анимации, а я больше работал с графдизайном. В какой-то момент мы сошлись, я стал разбираться в анимации, и мы решили объединить наши усилия и создать superdesigners.co.

Илья: Сначала мы назвали «superdesigners» чатик в мессенджере и потом за кружкой пива подумали, что прикольное название. Загуглили, особо ничего подобного не нашли и купили домен.

Валерий: Покупка домена, наверное, и была нашим стартом.



15.22.5.18.6.12.15.23 — некоммерческий проект Superdesigners, посвященный цифровой гигиене


ИР: У вас в портфолио есть 3D, анимация и плоская графика. Что из этого самое любимое?

Валерий: Моё любимое — это, используя 3D-инструментарий, делать 3D, но плоское. Мне хотелось бы экспериментировать на совмещении такого flat и фотореалистичного 3D.

Илья: Да, стык одного с другим — зона тех экспериментов, которыми мы хотим заниматься. Superdesigners.co — это вообще про такие «промежуточные» эксперименты. Дизайнер теперь должен уметь всё, поэтому он суперчувак. И мы такие суперчуваки.

Валерий: Только это не всерьёз должно быть, что мы такие суперчуваки, а с определённой долей иронии. Мы нарушаем правила и совмещаем вещи, которые дизайнеры раньше боялись совмещать.

ИР: А можете назвать какие-то студии, которые вас вдохновляют и которые, как вам кажется, всё правильно делают?

Валерий: Есть немцы Zeitguised, они же студия Foam, есть англичане из студии Field.



Работы Zeitguised



Работы Foam



Работы Field


Илья: Да, у ребят из Foam крутые эксперименты. Чуваки задают тренд и делают референсный продукт, который все забирают потом себе в папочки и копируют.

Валерий: Они, наверное, лидеры с точки зрения идеологии и подхода. У них идёт поиск новых форм и новых выразительных сил через 3D-графику. Один из последних их проектов, когда фирма Basf заказала визуальные исследования и они сделали фирменный стиль на основе скринов из видеоролика. Результаты исследования, которые они показывают в ролике, выглядят как абстракция: там нет каких-то предметов, всё странное, даже описать сложно, просто нечто, что можно рандомами сделать в 3D.

Илья: Это выглядит как что-то очень качественное, но иногда ты замечаешь некоторые вещи, которые могут показаться ошибкой. Но это умышленная ошибка. Такое сочетание даёт классный результат. Смелый эксперимент, и он работает. Это то, что будет работать в ближайшее время.

Валерий: В этом есть какая-то необъяснимая сила притяжения. Даже не могу точно сформулировать, чем это нас манит. Возможно, какая-то непонятность. Но мы не можем оценить, насколько это коммерчески успешная история. Мы видим какой-то крутой контент, но не знаем, есть ли какой-то выхлоп с этого, какая там монетизация.

Илья: Ещё можно сказать про парочку ребят, более коммерческих. Мы подсматриваем за ними и по крупицам собираем то, что работает у них, и нам бы хотелось, чтобы работало у нас. ManvsMachine — довольно известная студия, у них много качественных и дорогих работ. Очень нравится лондонская контора Builders Club. Наш дизайнер сейчас уезжает туда…



Работы ManvsMachine



Работы Builders Club


Валерий: Прикольно, что у нас вырос сотрудник, которого берут на такой уровень.

Илья: Да, нам приятно, что после нашей студии можно в Лондон поехать. Builders Club, помимо графики, занимаются съёмками, у них есть режиссёрское направление. Это нам тоже интересно, мы бы хотели режиссировать такие маленькие art movies, чтобы это были не просто ролики, а уже «кино» — более громкое название…

Валерий: Плюс режиссёрские амбиции никто не отменял, как и интерес придумывать сценарии. Хочется занять такой сегмент, который позволял бы нам реализовать полностью весь продукт — от концепции и сценария до продакшена.

ИР: Давайте перейдём к опыту ведения инстаграма type.today. Расскажите про прошедший месяц.

Илья: Нам понравилось. Это было весело, легко и приятно. Хотя это был челлендж. Но у нас не один человек делал картинки, а все пятеро, поэтому нам было легче, чем ребятам, работающим в одиночку. Мы подумали, как нам осилить весь объём, и решили разделить его на серии. И каждый сделал серии по шесть-восемь картинок или видео.

Валерий: Мы заранее обсудили все концепции, ходы и темы, как будем их реализовывать и обыгрывать, так что не было никаких разногласий. Каждый выбрал себе ту эстетику, с которой ему интересно работать.

Илья: Грубо говоря, блок каждого участника мог бы быть маленьким роликом. Ангелина вот сделала супермаркет. В принципе это как раскадровка к ролику. Мы летаем по полкам камерой и видим разные штуки.

ИР: Раз уж мы заговорили про пятёрку, то стоит пройтись по каждому из участников и рассказать про его серию.

Валерий: Моя серия флэтовая, где вращается графика, сделанная по фотографии. Мне было интересно взять за основу фотофактуру, где присутствует шрифт, я нашёл решение и быстро отобрал фотографии. Причём фотографии были просто найденные в телефоне, я не делал их специально под проект.




ИР: Это отличная история с деконструкцией пространства. Я показывал своему восьмилетнему сыну каждую из этих штук как шараду: как угадать в этой трёхмерной штуке, что изображено на фотографии. Они его прямо заворожили. Как вам пришла такая идея?

Валерий: Я начал делать свою серию самым последним, потому что мне нужно было сдать другой проект. У меня было не очень много времени, а объём большой, хотелось сделать не просто какие-то картинки, а что-то интересное с использованием 3D и анимационных приёмов. Решение пришло в голову достаточно случайно. Триггером стала фотография с «Шаурмой». Использовал я только свои снимки, не из интернета, чтобы всё было максимально честно. В некоторых вещах сомневался. Например, два вагончика с надписями NBK — там слишком всё неочевидно. Но пластически со шрифтом Druk Condensed очень клёво получилось. Я почему-то его называю «друк» вместо «драк»…

ИР: Мы первый год тоже называли его «друк», пока автор не выпустил специально разъяснительный ролик в инстаграме. После этого наш мир больше не будет прежним.

Дарья Яржамбек (ДЯ): Зато почти в каждом интервью у нас есть пара постоянных рубрик, и «друк-драк» — одна из них.

Илья: А мне эта серия понравилась тем, что там были граффити друзей Валеры.

Валерий: Да, я занимался граффити лет восемь. Теги на товарном поезде и на вагончиках — это работы моих коллег, и по сути они соавторы этих рисунков. Я их даже отметил.

Илья: Я видел, что они потом следили. Классно, что они могли увидеть свой тег по-новому.

ДЯ: А как вы подбирали шрифты для каждой фотографии? Почему именно эти?

Валерий: Там не было какой-то концепции. В некоторых случаях выбор можно объяснить техническими параметрами, в некоторых — композицией, а порой — чтобы подчеркнуть нечто в самом шрифте. Например, на товарном поезде был трафаретный шрифт — соответственно, я использовал трафаретный шрифт. Надпись «Кафе» была одна, и мне хотелось взять максимально акцидентный шрифт — туда хорошо подошёл CSTM Xprmntl 01. Что касается навигации, там была прикольная гигантская стрелка плюс цифры, а мне хотелось показать эти глифы, я их нигде больше не показывал.

Илья: Моя серия монохромно-минималистическая. Я хотел немного пофантазировать на тему интернета в нашей жизни, на тему, как он с нами работает и как мы его видим. В интернете и шрифты, и носители могут быть любые. Интернет непонятный, и я хотел пропустить это через себя и сделать такую странную серию. Если отвечать на вопрос, почему я использовал тот или иной шрифт, — то просто так. Я открыл папку, мне понравился шрифт, я его взял, и он классно лёг на консервную банку, или на могилку, или на очки у этих ребят.




ИР: Какая картинка тебе больше всего нравится из твоей серии?

Илья: Мне нравится прощальная. Она про цифровую неизвестность, которая нас ждёт. Мы ведь не знаем, какой она будет. И это наши цифровые клоны, такие модные ребята.

ИР: А картинку с поильничком и «Thank you» можешь объяснить? Я её вообще не понял. Там был пояснительный текст, но он меня ещё больше запутал.

Илья: Это такая благодарность. Интернет постоянно даёт что-то, ты пьёшь и не можешь напиться, а это всё переливается через край. Слишком много этой благодарности. И ты такой: «Спасибо, хватит! Хватит!»

ИР: А эта тренога, где CSTM Emoji?

Илья: Это уличная реклама Facebook. Но заметьте, что этот уличный баннер привязан цепочкой, как собака. И эти эмоции в основном грустные. Я выбирал лица из ваших эмодзи. Они такие классные, иногда гневные, иногда грустные. Это тот спектр эмоций, когда в фейсбук заходишь и видишь там бесконечные холивары. Но ты не можешь удалить Facebook, ты привязан.

ДЯ: Расскажи ещё про помойку и «Just scroll down».

Илья: Это такой смешок: что ни пост, то помойка. Ты скроллишь дальше, а там сплошная помойка. Потом через свайп понимаешь, что и твой контент — помойка. Это и к нам относится, и к зрителю. Такая самоирония…

Валерий: И сарказм. Сегодня твой контент клёвый и модный, но завтра его проскроллили, и всё. Ангелина, присоединяйся к нам.

ИР: Ангелина, добрый день! Мы хотим, чтобы вы рассказали о той серии «Магазин», которую вы сделали для нашего инстаграма. Как вы её придумали?

Ангелина: Идея пришла, когда я посмотрела на ваш логотип — еврослот, на котором всё висит в супермаркете. И когда мы видим шрифт, показанный на 3D-объекте, то это, скорее всего, мокап, где изображён какой-то объект, который может продаваться в магазине. На картинке он лежит красиво и ровно, но в магазине обычно у нас лежит всё некрасиво и неровно. Я прогулялась по «Ашану» и собрала коллекцию фотографий, где есть забавные вещи и вещи не на своём месте. На основе этих фотографий вся серия и сделана. Практически за каждой картинкой стоит настоящая фотография. Когда просто ходишь по магазину, ты на такие моменты внимания не обращаешь, но когда ты специально за ними охотишься, то начинаешь подмечать, что вообще-то странно, что полка с утюгами — это на самом деле какая-то мешанина из проводов или что объекты, перемещённые в другой отдел, создают забавные смыслы.

Илья: Там есть картинка, где вместе с газовыми баллончиками лежит лимон. Может быть, вы знаете такую фишку, когда берёшь что-то в супермаркете, а потом идёшь и думаешь: «Да ну, не надо», — и кладёшь этот предмет на полку совершенно в другом месте.

Ангелина: Или картинка, где фрукты с наклейками, — это на тему того, что слишком много ненужной упаковки, когда один апельсин или банан маниакально заворачивают в пакет. Ещё я сделала эти наклейки как логотипы продуктов. Из CSTM Xprmntl 01 удалось выудить очень много альтернативных глифов и собрать целый пакет логотипов для бананов и выпечки. И логотип самого магазина Today Groceries — один из вариантов буквы «И» из CSTM Xprmntl 01.




ИР: Мы получили много запросов про то, где и когда можно будет приобрести трафарет с Cera. Эта картинка вышла в самом начале, второй, но я потом весь месяц отвечал на эти запросы. Очень она у вас реалистично получилась.

Ангелина: У меня в детстве была такая линейка. И меня всё время мучал вопрос: почему там именно самолёт, сердце, вот это вот? Я думала, что подрасту и узнаю, для чего нужен этот набор символов. Чертёжная линейка, когда вырастаешь, обретает смысл, а в этой штуке никакого смысла так и не оказалось. Но у меня такая до сих пор есть, и я прямо с неё рисовала, только шрифт заменила.

ДЯ: А какие шрифты вам особенно понравились за то время, пока вы ими пользовались?

Ангелина: CSTM Xprmntl 02, потому что там в одном шрифте по сути три, и CSTM Xprmntl 01, где огромное количество глифов, которые дают простор для фантазии. Можно использовать их не по назначению и добиться чего-то интересного.

Илья: Я тут перечитывал ваше интервью с Андреем Шугальским и хохотал, когда он признаётся, что ему для 3D один шрифт подошёл, а другой нет. Я этого не почувствовал. В принципе всё, что у вас есть, отлично подошло. Я всем попользовался. В фаворитах — CSTM Xprmntl 02. Несколько раз использовал Amalta — очень классный шрифт, мне очень нравится. Но и другие тоже работали. Вот пришёл Иван.

Иван: Привет, я Иван. Я делал серию со шрифтовыми тоннелями и деконструированными, разломанными буквами.




ИР: О чём эта серия?

Иван: Изначально для меня шрифты — это штука, завязанная на историю. То есть были такие шрифты, потом стали такие, а сейчас мы для каких-то повседневных вещей в навигации и в интернете используем кучу упрощённых шрифтов, гротесков. Но все остальные тоже остались, и мы их тоже используем. Грубо говоря, у нас теперь нет привязки, и в плане шрифтов мы вышли из исторического хода времени. Мы пользуемся всем сразу. Это как Вавилонская башня, которая уже как бы утоплена в землю: можно с любого этажа в неё зайти. И мне хотелось в своей серии передать этот дух титанического. Плюс ещё шрифты у меня всегда ассоциировались с архитектурой. Поэтому хотелось построить из шрифтов титанические сооружения. И заодно показать титаническое в шрифтах.

Илья: Ещё интересный технический ход, что Иван здесь использовал 3D-камеру 360°, а она даёт необычный изгиб при рендере — такой слом перспективы.

ИР: Мега рыбий глаз. Какие шрифты вам понравились больше всего? Честно говоря, в этой серии нам не всегда удаётся узнать их.

Иван: Мне больше всего нравится Giorgio, все его вариации. Ещё Amalta мне очень понравилась. Это два фаворита. И CSTM Xprmntl 02 я использовал, потому что он такой футуристичный и просто подходит для титанических тоннелей и шрифтовых городов по стилистике и ощущениям.

Илья: У нас был ещё Иван Ковалевский. Его серия — это такие трёхмерные буковки в природных условиях. Но он у нас больше не работает — ушёл в свободное плавание. Могу рассказать за него: он решил, что на каждой картинке будет потерянная буква, найденная где-то в природе, в чём-то органическом.




ИР: Отличная серия. Только мне было жалко, что она вся про один и тот же шрифт. Мы не видим других шрифтов в таких условиях.

Илья: Это правда. Иван влюбился в Brioni и сделал целую серию про Brioni. Что тоже довольно круто. Хвала Brioni.

ИР: Как часто ваша студия сталкивается со шрифтами и типографикой?

Илья: Мы бы хотели чаще сталкиваться, потому что буквы нам нравятся. Возможно, у нас с вами взгляд на буквы разный. Нам иногда не нужно ничего объяснять, просто есть какое-то внутреннее желание использовать тот или иной шрифт, какие-то наши вкусовые предпочтения. Мы в работе стараемся использовать шрифты, которые как-то подчеркнут нужные формы. Иногда даже заказываем у коллег леттеринг. Взаимодействие буквы и 3D — это часто важно. И мы хотим, чтобы шрифтов в наших работах было больше, и шрифтов качественных. А выбор пока что невелик. Иногда на это ещё накладываются ограничения от агентства или клиента. Нам просто говорят: «Вот на этот шрифт у нас есть лицензия. Извините».

ИР: Вы сами следите за тем, что происходит со шрифтовыми новинками?

Илья: Новинки так или иначе попадаются на глаза. Как, например, эти анимированные толщины букв — когда есть ползунок, и у тебя сразу не пять начертаний, а много. Как это правильно называется?

ИР: Вариативные шрифты. У вас уже был опыт работы с ними?

Илья: К сожалению, нет, но хотелось бы. Пока не очень понятно, где это может сработать. Возможно, в какой-то айдентике к мероприятию, что это как-то покажет многообразие того, что будет происходить. Надеюсь, нам повезёт поучаствовать в таком.

ДЯ: Ты мне как-то в рабочей переписке написал: «Нам интересно поставить хороший шрифт так, чтобы он ничем не отличался от Times New Roman». Расскажи про это побольше, пожалуйста.

Илья: Можно разделить людей на тех, кто знает, как управляться со шрифтом, или думает, что знает, и тех, кто просто делает нужный им дизайн — например, когда сын хозяина кафе набирает объявление. Мне кажется, интересно было бы посмотреть на качественные шрифты в таких обстоятельствах, когда их используют недизайнеры, которых большинство. Просто взять ваш классный шрифт вместо обычных Times или Arial, которыми всё набирается, и посмотреть, а лучше ли он работает. Скорее всего, да. Набрать что-то хорошим шрифтом, и неважно, что там с пропорциями и композицией. Моё мнение, что куда хороший шрифт ни помести, он останется хорошим шрифтом.

Валерий: То есть за счёт шрифта можно эстетически улучшить дизайн.

ИР: По моему опыту, заказчики очень часто относятся к шрифту как к спасительному кругу: «Всё, мы не справляемся с графикой, наш концепт — говно. Единственное, что нас спасёт, — новый классный шрифт». Поэтому история, когда в плохой дизайн вставлен хороший шрифт, — это очень распространённое явление. И зачастую это ни к чему не приводит.

Валерий: Действительно, тут надо разделять сам дизайн и шрифт как инструмент дизайна, потому что они не могут заменить друг друга. Поменяв шрифт, вы получите какую-то новую штуку, но то, что она станет лучше, — это под сомнением.

Илья: Думаю, в общем и целом это открытый вопрос. Я вырос в мире всех трешевых объявлений и нормально себе представляю такое. А есть люди, которые всю жизнь посвятили тому, чтобы делать красивые композиции и всякие выверенные штуки, — им это как ножом по сердцу. В этом вся разница. То есть я такой панк…

Валерий: Типа ты ничего не знаешь про правила. Вот и всё.

Илья: Нет, я прекрасно представляю эти правила, но я немножко не люблю их соблюдать. То, чем мы занимаемся, — это несоблюдение правил.

Валерий: Да. Но у нас с Ильёй различные подходы к дизайну. И у нас бывают споры, как оно должно быть. Илья более ярый противник всяких правил, а у меня шире бэкграунд. Но поэтому нам и интересно вместе — есть люди, которые больше панки, и есть меньше панки. В нашей студии преобладают 3D-шники. Из пяти человек графдизайном больше всего занимался, наверное, я. Ещё когда работал в компании Zoloto Group, я полтора года делал навигацию, верстал разные носители, рисовал пиктограммы. Но сейчас уже этим не занимаюсь — переключился на 3D и анимацию.

Илья: 3D круче. Ещё у нас появился новый член команды, Ярослав, у него была одна картинка, которую мы вывесили напоследок: такая абстрактная штука со шрифтом Cera.




Валерий: Стилистически и по графике это больше похоже на те мирки, которые делал Иван. Но про неё ничего нельзя сказать с точки зрения концепции.

Илья: Это классная абстрактная штука с красивыми материалами. Шрифт начал жить в каком-то 3D-мире. Думаю, это заметно во всех наших работах. Видно, как мы работаем с буквами, и видно, как мы работаем с 3D.

Валерий: Подытожу, если брать все серии, что мы сделали. Мы не влияли друг на друга. Мы не говорили, куда какой шрифт поставить и какой интерлиньяж сделать или какие-то текстовые блоки. Все делали, как они умеют.

ИР: Где-то в середине месяца я поймал себя на ощущении, что время как будто замедлилось. То ли количество работ, то ли образы были такими мощными, что у меня возникло чувство, что я начинаю переедать. И в конце месяца мы получили кучу сообщений. Половина была: «Ну хватит уже! Давайте завязывайте с этими 3D-шниками! Сколько можно?» А вторая половина ровно обратная по смыслу: «А что, больше 3D не будет? Это было так весело!»

Илья: У нас не было задачи всем очень понравиться. Это было развлечение для нас.

Валерий: Да. И плюс проверить тот инструментарий, который мы используем. У нас не было цели удивлять кого-то.

Илья: Что там все подумали? Надоело им смотреть… К этому всему надо проще относиться. В целом классно, что мы и понравились, и надоели. Супер! Это спектр эмоций, которые нужно испытывать.